Лечение алкоголизма

Пролонгированная наркоблокада

Опытные доктора

 
 

Алкоэкология

Реабилитация наркозависимых

Научный подход

 
 

Вывод из запоя

Экспресс-нарко тестирование

Ответственность

 
Лицензия № ЛО-77-01-001225 от 10.04.2009 Выдана Департаментом Здравоохранения г.Москвы, приказ № 378
г. Москва, тел. 8-919-100-90-77
Главная

О методе

Лечение

Обучение

Cпециалисты

Документы

Пратнёры

Контакты

Цены

Гостевая

Информация о докторе:

Рудковский А.М. Рудковский Антон Михайлович 1969 г.р. Уроженец г. Челябинска , закончил Челябинский мединститут, служба в армии 1987-89 гг. 1990-94гг. – фельдшер подстанции скорой помощи Советского р-на г. Челябинска. Клиническая ординатура на кафедре хирургии Уральского ГМАДО. Работал абдоминальным хирургом в Челябинской городской клинической больнице скорой медицинской помощи с 1994 по 2004 гг. Частной наркологической практикой занимается с 1992 года. Автор многочисленных публикаций по лечению и профилактике алкоголизма.
Сторонник комплексного лечения алкогольной зависимости. Автор методики двойного психосенсорного противоалкогольного блокирования нервной системы. Имеет сертификаты по психиатрии, наркологии, психотерапии, клинической апитерапии, НЛП-практика. Клинический алкоэколог. В практической работе применяет самые интенсивные психотехнологии (гипноз, психоанализ, гештальт и др.), делая акцент на нормализации потребления алкоголя и выработке количественного контроля и тормозного эффекта. Работал психотерапевтом в МЦ «Наркомед» (г. Челябинск) , психиатром-наркологом в НИИ Клинической Апитерапии (г. Челябинск) . Затем возглавлял наркологический Центр в ИСТ Ричарда Коннера (г. Новосибирск) .
Практика – в Институте Скандинавской Клинической Аддиктологии (г. Стокгольм). В Москве возглавляет клинику Рудковского. Автор сборника стихов и книги «Алкогольная экология».




Наши спонсоры:



22.04.2019 г.

Психо-Сенсорное
блокирование

Сеанс ПСБ представляет из себя получасовую психотерапевтическую сессию, целями которой являются блокирование компульсивной тяги к алкоголю и выработка стойкой психологической алкогольной идиосинкразии, подсознательной установки на трезвость.

Первая задача выполняется при помощи медикаментов. Дело в том, что действие дисульфирама и цианамида (препаратов, используемых при кодировании) заключается в блокировании специфического церебрального фермента: ацетальдегидегидрогеназы, что приводит к быстрому накоплению уксусного альдегида (гиперацетальдегидемия) и сильной интоксикации.

Поэтому при приёме алкоголя пациенту плохо: ацетальдегид накапливается. Для того, чтобы правильно понять биохимические особенности методики, надо знать основной путь окисления этанола. Ведь сам по себе алкоголь (этанол), если, скажем ввести его в вену, попав в кровь, не обладает никакими релаксирующими или опьяняющими свойствами: это сильный нейротропный яд и кроме разрушения нейронов и демиелинизирующего действия он никаких приятных или полезных действий внутри организма не оказывает.

В мозг алкоголь не проникает, в мозг проникает продукт его ферментативного расщепления – ацетальдегид. Расщепляет молекулу этанола печёночный энзим – алкогольдегидрогеназа. В результате образуется четыре метаболита: вода, углекислота, энергия (в виде АТФ) и ацетальдегид, который легко проходит через гематоэнцефаличенский барьер в мозг, давая человеку ту самую эйфорию, ради которой, собственно, люди и потребляют алкоголь.

И вот представьте: у человека годами формируется свой индивидуальный стиль пития, свои алкогольные привычки и особенности. Печень за эти годы «привыкает» к тому, что на регулярное поступление в организм алкоголя нужно выработать релевантное количество алкогольдегидрогеназы. Это условный рефлекс. И тут вдруг человек резко прекращает пить (закодировался, например). У печени нет мозга, ей невозможно приказать прекратить прежний ритм выработки фермента, она продолжает вырабатывать алкогольдегидрогеназу в прежнем ритме. Возникают биохимические ножницы: фермент есть и продолжает накапливаться, а привычного и уже необходимого алкоголя нет. В результате человек испытывает физическую, или по терминологии наркологов компульсивную тягу к алкоголю. Отсюда неизбежен срыв.

А затем новый виток аддиктивного цикла опять и опять. И если психологическую тягу к алкоголю ещё как-то можно контролировать с помощью воли, психотерапии или какого-нибудь директивного метода Рожнова, Довженко или ещё кого-то, то с физической, ферментативной тягой человек не может справиться самостоятельно, он не ответственен за выработку своих ферментов и не может усилием воли изменять их концентрацию в крови.

Это вегетативная функция. Поэтому, если заблокировать выработку не ацетальдегидегидрогеназы, как это делается при кодировании а алкогольдегидрогеназы, как предлагается при блокировании, то период полного отказа от алкоголя пройдёт без тяги и страха перед случайным глотком спиртного.

Дело в том, что в печени остаётся запас фермента, он блокируется на уровне церебральных структур, но на момент введения блокатора-энзимолитика в печени уже есть какое-то количество уже вырабоннанного фермента. Поэтому даже если он попадёт в организм, ничего опасного для здоровья не произойдёт, кроме одного – надо будет всё начинать сначала.
И в этом – ключевая разница между кодированием и психосенсорным блокированием.

Вторая задача – блокирование психологической тяги – достигается на сеансе НЛП (нейролингвистического программирования). Это нечто похожее на методику Довженко с той лишь разницей, что психологическая алкогольная идиосинкразия – это не акт запугивания и имеративного внушения «не пей!», а осознанный выбор самого пациента в результате интенсивной психоинтервенции самого сеанса.

Таким образом, психосенсорное блокирование, в отличие от кодирования, более гуманно для психики и более безопасно для организма как в плане этиопатогенетического подхода к лечению алкоголизма, так и в плане отдалённых результатов.


© Все права защищены, при размещении материалов сайта ссылка на www.stopalko.ru обязательна.